ad_informandum

Categories:

Убийство пионера-героя, ставшего образцом принципиальности и доносительства

3 сентября 1932 года в 10 километрах от села Герасимовка Тобольской губернии были убиты 14-летний Павел и 9-летний Федя Морозовы.  

Павлик Морозов
Павлик Морозов

Заявление местному участковому о пропаже сыновей их мать – Татьяна Морозова — подала 6 сентября 1932 года, после того как вернулась домой из поездки в райцентр Тавду. Тут же местными жителями и сотрудниками милиции были организованы поиски, в ходе которых в тот же день тела мальчиков были обнаружены в 10 километрах от Герасимовки, в осиннике. Как показал внешний осмотр, Павлику было нанесено 2 ножевых ранения, а Феде, тело которого находилось в 15 метрах от Павла, - одно.  

Музей Павлика Морозова в Герасимовке
Музей Павлика Морозова в Герасимовке

Как рассказывала Татьяна Морозова уже во время следствия, она уехала в райцентр Тавду 2 сентября, а 3-го Павел и Фёдор пошли в лес за ягодами.  

«Вернулась я 5-го и узнала, что Паша и Федя из лесу не вернулись. Я стала беспокоиться и обратилась к милиционеру, который собрал народ, и люди пошли в лес искать моих детей. Вскоре их нашли зарезанными. Мой средний сын Алексей, ему 11 лет, рассказал, что 3-го сентября он видел, как Данила (С.И. – сын Ивана Сергеевича Морозова, старшего брата отца Павлика) очень быстро шёл из леса, и за ним бежала наша собака. Алексей спросил, не видел ли он Павла и Фёдора, на что Данила ничего не ответил и только засмеялся. Одет он был в самотканые штаны и чёрную рубаху — это Алексей хорошо запомнил. Именно эти штаны и рубаху нашли у Сергея Сергеевича Морозова (деда Павлика) во время обыска. Не могу не отметить и того, что 6-го сентября, когда моих зарезанных детей привезли из леса, бабка Аксинья встретила меня на улице и с усмешкой сказала: «Татьяна, мы тебе наделали мяса, а ты теперь его ешь!», 

- вспоминала Татьяна Морозова.  

Четверых детей воспитывала она одна, а их отец – Трофим Морозов в это время уже отбывал 10-летний срок, который получил отчасти и на основании показаний принципиального сына Павлика. Осенью 1931 года, в разгар борьбы с кулачеством, 13-летний Павел свидетельствовал против своего отца, который, как сообщалось в обвинительном заключении, «будучи председателем сельсовета, дружил с кулаками, укрывал их хозяйства от обложения, а по выходе из состава сельсовета способствовал бегству спецпереселенцев путём продажи документов». Трофим Сергеевич утверждал, что справки у него выкрали, но ему никто не поверил, так как о его незаконном приработке знало всё село. В показаниях Павлика не было никакого политического подтекста – он просто поддержал мать, несправедливо обиженную отцом, а вся родня за это возненавидела и его, и мать.

Картина Никиты Чебакова Павлик Морозов (1952 г.)
Картина Никиты Чебакова Павлик Морозов (1952 г.)

Сразу же после убийства Павлика и Феди Морозовых в сентябре 1932 года началось следствие. В доме деда нашли окровавленную одежду и нож, которым были зарезаны дети. На допросах дед и двоюродный брат Павла сознались в совершенном преступлении: якобы дед держал Павла, пока Данила наносил ему удары ножом. Дело имело очень большой резонанс. Это убийство представлялось в прессе как акт кулацкого террора против члена пионерской организации. Павлика Морозова тут же провозгласили пионером-героем.

Памятник Павлику Морозову в Герасимовке
Памятник Павлику Морозову в Герасимовке

Судебный процесс начался 7 ноября 1932 года и проходил в открытом режиме в тавдинском клубе им. Сталина. О том, в какой атмосфере шли заседания, можно судить по репортажу из зала суда, опубликованному в газете «Тавдинский рабочий» 28 ноября 1932 года:  

«Перед началом заседания открылся большой митинг пионеров и школьников. Они скандируют: «Завершим дело Павлика! Требуем расстрела убийц! В ответ на контрреволюционную вылазку кулаков повысим качество учебы!»… Перед судом обвиняемый Морозов Сергей Сергеевич (дедушка Павлика). Выглядит он бодро (С.И. – на тот момент ему было больше 80 лет). Старик пытается принять на себя иисусов вид. Председатель ставит вопрос в упор: «Убивал ты Павла с Федором?» Старик, склонившись, качает головой… Кулуканов (дядя Павлика) принимает вид божьей сироты и говорит: «Я любил Пашу»».  

По делу об убийстве Павлика Морозова были осуждены 4 человека: дед и бабушка погибших мальчиков, а также двоюродный брат Данила и крестный Арсений Кулуканов, приходившийся ему дядей. Непосредственный исполнитель преступления Данила Морозов и один из «заказчиков» убийства Арсений Кулуканов были расстреляны, а престарелые Ксения и Сергей Морозовы приговорены к тюремному заключению, которое, с учетом их преклонного возраста, было пожизненным. Дядя Павлика Арсений Силин был оправдан.  

После убийства сыновей Татьяна Морозова покинула село и поселилась в Алупке (партия и правительство выделили ей там домик). Как мать героя и почетный гость ездила по Советскому Союзу на собрания, конференции, съезды. Сидела в президиумах идеологических мероприятий. Умерла она в 1983 году и похоронена на алупкинском кладбище.  

В 1999 году представители движения «Мемориал» и родственники осужденных за убийство братьев Морозовых пытались добиться пересмотра приговора. Однако Генеральная прокуратура России, рассмотрев дело, пришла к выводу, что убийство Павлика Морозова носит чисто уголовный характер, и убийцы осуждены обоснованно и не подлежат реабилитации по политическим основаниям.  

Error

Anonymous comments are disabled in this journal

default userpic

Your reply will be screened

Your IP address will be recorded