ad_informandum

Categories:

Если враг не сдается…

18 апреля 1933 года в Верховном суде СССР завершился резонансный процесс по 18-ти вредителям на электростанциях, который, как тогда писали газеты, «привлек внимание не только всего Союза, но и получил широкий отклик за рубежом».  

Объединение врагов внешних и внутренних  

Судебный процесс «о вредительстве на электростанциях» шел в открытом режиме с 12 по 18 апреля. 12 апреля служащий Московского городского комитета ВКП(б) А. Г. Соловьев записывает:  

«Начался судебный процесс над 18 вредителями на электростанциях. Действовали по заданию из-за границы. Когда же закончим с прохвостами»

(цитируется по кн. Михаила Вострышева «Москва сталинская»).  

Открывая первое заседание, председатель Военной коллегии Верховного суда СССР Василий Ульрих напомнил слова товарища Сталина:  

«Вредители есть и будут, пока есть у нас классы, пока имеется капиталистическое окружение. Вот почему очень важно сейчас отметить, что вредительские акты еще имеют место, что они организуются в таких важнейших отраслях социалистического хозяйства и социалистической промышленности, какой является область электростроительства, электрификации, электроснабжения, — область, являющаяся одной из важнейших отраслей нашего хозяйственного строительства».  
«Государственное обвинение поддерживал Вышинский, помогал ему Ротинский. На скамье подсудимых находилось 18 руководителей и других работников крупных электростанций, а также сотрудники английской фирмы «Метрополитен-Виккерс», поставлявшей в Советский Союз турбины и оборудование для электростанций и оказавшей содействие в его наладке. Защищали подсудимых адвокаты Брауде, Смирнов и другие. После интенсивных допросов в ОГПУ многие обвиняемые были сломлены. Во время суда все двенадцать подсудимых из числа советских граждан признались в содеянном, а из шести англичан - только один, да и тот в процессе судебного следствия от своих показаний отказался. Дело, квалифицированное следствием как вредительство и шпионаж, разваливалось буквально на глазах, и Вышинскому пришлось приложить немало усилий, чтобы «спасти процесс». В одном случае он даже сам чуть было не оказался в роли свидетеля, когда английский инженер в подтверждение своих слов о том, что он отказался от признательных показаний, данных им после изнурительного 18-часового допроса еще на следствии, стал ссылаться на разговор с Вышинским», 

- сообщается в кн. «Прокуроры двух эпох. Андрей Вышинский и Роман Руденко» А. Звягинцева и Ю. Орлова.  

«Английское правительство не остановилось перед наглым требованием прекращения следствия и отмены суда над своими подданными. Советская власть снова продемонстрировала всему миру «самостоятельность и силу, с негодованием отвергла империалистические притязания и показала на публичном суде лицо признавших свои преступления английских агентов, - с гордостью констатировал журнал «Электричество» в №8  за 1933 год. - Конечной целью шпионско-вредительской организации была подготовка к основательному и длительному выводу из строя электростанций во время войны и к приведению, таким образом, к параличу ряда жизненно важных промышленных районов—Урала (Златоустинская станция), Центрально-Промышленной области (Мосэнерго и в особенности 1-я Московская и Ивановская станции), Донбасса (Зуевка), Бакинского нефтяного района (Бакинские станции). (…) Так, например, на 1-й Московской станции предполагалось, прежде всего, вывести из строя распределительное устройство 6 000-V сети, к которой присоединен Кремль, красноармейские казармы, вся радиопередача, заводы «Серп и молот», «Спартак» и др.».  

Приговор  

Приговор на фоне нашего представления о кровавом сталинском режиме выглядит довольно мягким (возможно, это объясняется тем, что это 1933 год, а не 1937-ой). Если бы такое дело рассматривалось сейчас, он, как мне кажется, в лучшем случае был бы таким же:

«Специальное присутствие Верховного суда СССР приговорило: Гусева В. А., Сухоручкина Л. А. и Лобанова А. Т. к десяти, годам лишения свободы с поражением в правах на пять лет и с конфискацией всего имущества; Соколова В. А., Зорина Н. Г. и Котляревского М. Л. к восьми годам лишения свободы с указанными выше последствиями; Крашенинникова М. Д. к пяти годам лишения свободы с поражением в правах на пять лет без конфискации имущества; Лебедева В. П., принимая во внимание, что он являлся лишь орудием в руках Лобанова, и руководствуясь ст. 51 Уголовного кодекса РСФСР, к двум годам лишения свободы без поражения прав и без конфискации имущества; английского подданного Торнтона Л. Ч. к трем годам лишения свободы. В отношении английского подданного Макдональда В. Л., как действовавшего по прямому подстрекательству его непосредственного начальника Торнтона, и ввиду чистосердечного признания на суде своих преступных действий, руководствуясь ст. 51 Уголовного кодекса РСФСР, суд нашел возможным смягчить требуемую законом меру репрессии и ограничиться осуждением к двум годам лишения свободы; Монкгауза А., Нордволла Ч., как не принимавших непосредственного участия в совершении аварий на электростанциях, и Кушни Д., ввиду давности совершенного им преступления (1928 г.), руководствуясь ст. 51 Уголовного кодекса РСФСР, суд постановил удалить из пределов СССР с запрещением въезда в СССР сроком на пять лет.

Олейника П. Е., принимая во внимание его зависимость по службе от Торнтона и как служащего частной фирмы, — к трем годам лишения свободы без поражения прав и без конфискации имущества. Кутузову А. С. по тем же основаниям — к полутора годам лишения свободы без поражения прав и без конфискации имущества».  

Всем осужденным к лишению свободы суд зачел срок предварительного заключения. В отношении Зиверта Ю. И., принимая во внимание, что своей работой после 1931 г. он доказал, что искренне порвал с вредителями, суд на основании ст. 8 Уголовного кодекса РСФСР постановил мер репрессии не применять и из-под стражи его освободить. Английского инженера Грегори А. В. суд, по недостаточности улик, оправдал.

Error

Anonymous comments are disabled in this journal

default userpic

Your reply will be screened

Your IP address will be recorded