ad_informandum

Categories:

Первый комендант Берлина

16 июня 1945 года, за неделю до парада Победы в Москве, погиб в автокатастрофе (разбился на мотоцикле) первый военный комендант Берлина 41-летний генерал-полковник Николай Берзарин.  

Генерал Берзарин около комендатуры
Генерал Берзарин около комендатуры

Как сообщается в книге Василия Скоробогатова «Берзарин» (серия «ЖЗЛ»), первым сообщение о гибели Николая Берзарина получил от дежурного по штабу член военного совета генерал-лейтенант Виктор Боков. В этот же день главнокомандующий Группы советских оккупационных войск в Германии маршал Георгий Жуков отправил Сталину телеграмму:  

«Сегодня, 16 июня, в 8 ч. 15 м. в Берлине от катастрофы на мотоцикле погиб Герой Советского Союза командующий 5-й ударной армией и комендант города Берлина Берзарин Николай Эрастович. Смерть произошла при следующих обстоятельствах. В 8.00 тов. Берзарин на мотоцикле с коляской выехал в расположение штаба армии. Проезжая по улицам Шлоссштрассе со скоростью 60-70 км, у перекрестка с улицей Вилхелмштрассе, где регулировщиком пропускалась колонна грузовых автомашин, Берзарин, не сбавляя скорости и, видимо, потеряв управление, врезался в левый борт грузовой автомашины «Форд-6». В результате катастрофы Берзарин получил пролом черепа, переломы правой руки и правой ноги, разрушение грудной клетки с мгновенным смертельным исходом. С ним вместе погиб находившийся в коляске его ординарец красноармеец Поляков. Учитывая особые заслуги перед Родиной, а также нежелательность оставления могилы в последующем на территории Германии, прошу Вашего разрешения на похороны тов. Берзарина в Москве, с доставкою самолетом. Семья тов. Берзарина, состоящая из жены и двух детей, проживает в Москве».  

Согласно последовавшему приказу, прах Героя Советского Союза, генерал-полковника Николая Эрастовича Берзарина должен был быть захоронен в столице государства на Новодевичьем кладбище.

Николай Берзарин
Николай Берзарин

Так как все знали, что Берзарин был опытным водителем и на мотоциклах ездил давно, в его случайную гибель многие отказывались верить: в трагедии негласно обвиняли либо недобитых фашистов, либо своих (многие знали о «натянутых» отношениях Жукова (а Берзарин был его человеком) с главой военной контрразведки «СМЕРШ» Виктором Абакумовым).  

Как вспоминал генерал Виктор Боков, со времени Ясско-Кишеневской операции (т.е. с августа 1944 года) у Николая Берзарина был мотоцикл «Харлей» из тех машин, что американцы поставляли в Советскую страну по ленд-лизу. А в Берлине нашим бойцам, офицерам и генералам очень понравился трофейный мотоцикл «Цюндапп» KS-750.  

«Крупная машина, за ней утвердилась кличка «зеленый слон». В июне в гараже командарма (от автора: Берзарин был командующим 5-ой ударной армией) появилась эта машина, ее доставили Николаю Эрастовичу Берзарину в подарок. В то утро командарм отправился в путь на подаренной ему машине», 

- вспоминал Виктор Боков.  

Причем за увлечения мотоциклами молодой генерал даже получал нарекания. Так, как сообщается в книге Василия Скоробогатова «Берзарин», во время Ясско-Кишиневской стратегической операции на реке Прут комфронта Федор Иванович Толбухин, увидев командарма на мотоцикле, сделал ему замечание:

«— Николай Эрастович, — сказал он командарму-мотоциклисту, — я учился шоферскому искусству во время Первой мировой войны. Молодежь увлекалась тогда воздухоплаванием. Идеалом для нас был летчик Нестеров. Штабс-капитан Петр Нестеров. Меня тянуло к «летунам». Соколом я не стал. Ради чего вы рискуете? Вы даже не пользуетесь шлемом. В мотоциклетном полку это считается серьезным нарушением правил езды. У вас есть бронетранспортер, другая надежная техника…

— Я экономлю время, — пытался объяснить свое пристрастие Берзарин».

Возможно, что именно неповоротливость и тяжесть «зеленого слона» «Цюндаппа», который в отличие от привычного Берзарину «Харлея» был еще и с люлькой, и стали причиной трагического ДТП. А то, что это было именно ДТП, установило расследование, проведенное «по горячим следам» прокурором 1-го Белорусского фронта полковником юстиции Котляром.

«Вывод Котляра и его коллег был однозначным: несчастный случай. У этого опытного юриста, тонкого аналитика подобных происшествий, сомнений не было. Котляр высказался так:

— Федор Ефимович, — сказал он мне, — мы все вокруг слышим: «Как же это так: столь трезвомыслящий человек, генерал, словно подросток, так легко сложил свою голову. Из-за простенького увлечения. Возможно ли подобное?» Отвечаю: возможно», 

- так воспроизводится разговор генерала Бокова с полковником юстиции Котляром в книге Виктора Скоробогатова «Берзарин».   

На своём посту военного коменданта Большого Берлина (тогда город еще не был поделен на сектора) генерал-полковник Николай Берзарин пробыл всего 54 дня, но за эти дни он смог сделать для мирного населения разрушенного города очень много: в первые же дни мира его усилиями было сформировано городское самоуправление, налажена работа немецкой полиции, местных больниц и военных госпиталей, стали выходить газеты, заговорило радио, открылись кино и театры. Уже 14 мая был снова запущен трамвай, начали действовать канализация и водопровод.  

16 июня в садоводствах Берлина были срезаны все розы: общим числом 15 тысяч. Уже во второй половине дня гроб стоял в главной советской штаб-квартире в Карлсхорсте. В зале, где пять недель назад Берзарин присутствовал при подписании акта о безоговорочной капитуляции Германии, а потом до утра отмечал Победу.  

«Маршал Жуков стоял в траурном почетном карауле, помогал нести гроб, а 17 июня шел за грузовиком с открытыми бортами, увозившим тело на аэродром. По-видимому, Жуков тогда же и улетел в Москву с прахом покойного (от автора: на Парад Победы, который прошел на Красной площади 24 июня 1945 года)», 

- предполагает автор книги «Берзарин» Василий Скоробогатов.  

На московский Парад Победы собирался лететь и еще живой Николай Берзарин. Вот какой разговор состоялся у него накануне дня гибели, вечером 15 июня, с генералом-лейтенантом Виктором Боковым:  

«Поздно вечером 15 июня я зашел в кабинет командарма. Из штаба мы часто уходили домой вместе. Наши коттеджи располагались по соседству. Николай Эрастович был в прекрасном настроении, по дороге много шутил и смеялся. Через несколько суток он должен был лететь в Москву на Парад Победы и с нетерпением ждал этого часа.

— Очень соскучился по семье, по маленькой дочурке, по Москве, — говорил он. — Так хочется видеть наш стольный город мирным, без затемнения и зениток.

— Сейчас июнь, самое чудесное время: ее улицы утопают в зелени, всюду цветы, — поддержал я разговор».  

Мемориальная стелла Николаю Берзарину в Москве
Мемориальная стелла Николаю Берзарину в Москве

В 1946 году имя Берзарина было присвоено одной из площадей Берлина, а в 1975-м магистрат Восточного Берлина присвоил генералу звание почетного гражданина города. После объединения Германии Берзаринплац осталась, а вот почетного гражданства первого коменданта в 1992 году лишили. За возвращение генералу этого звания 12 лет выступали все фракции в мэрии, кроме христиан-демократов. В итоге Берзарин вновь стал почетным берлинцем. В 2005-м в честь генерала переименован один из мостов Берлина и посажена березка на месте гибели.  

Error

Anonymous comments are disabled in this journal

default userpic

Your reply will be screened

Your IP address will be recorded